Автор: Екатерина Дорохина, клинический психотерапевт ritlid. Специализация — острые тревожные расстройства, КПТ, работа с паническим расстройством. Дата публикации: 31 мая 2026.

Материал носит информационный характер и не заменяет консультацию психолога, психотерапевта или психиатра. Если вы узнаёте у себя описанные состояния — обратитесь к специалисту. При острой симптоматике (суицидальные мысли, панические атаки с обмороками, невозможность функционировать) — к психиатру или в неотложную службу (112).

Собственник логистической компании, 41 год, оборот около 700 млн ₽. Первая паническая атака случилась в переговорной — за 10 минут до подписания контракта с крупным клиентом. Сердце, по его словам, «выпрыгивало из груди», руки онемели, возникло ощущение, что сейчас потеряет сознание. Он вышел, сославшись на звонок, и не вернулся. Контракт подписал партнёр. Через месяц — вторая атака, в машине. Ещё через три недели — третья, во время звонка с банком. К моменту обращения в ritlid он уже объехал трёх кардиологов, сделал ЭКГ и холтер, сдал гормоны щитовидной железы. Всё в норме. Вопрос, с которым он пришёл, был простым: «Почему это вообще происходит?»

Это — самый частый вопрос людей, которые столкнулись с паническими атаками впервые. Понять механизм важно не ради академического интереса: когда человек знает, что именно происходит в его теле и мозге, уровень страха во время следующего эпизода снижается. А снижение страха — это уже часть терапии. Подробный разбор самого расстройства — в материале «Паническая атака»; здесь сосредоточимся на механизме возникновения.

Паническая атака — это ложная тревога. Мозг запускает реакцию «бей или беги» в ситуации, где реальной угрозы нет. Центральную роль в этом играет амигдала — миндалевидное тело, структура лимбической системы, отвечающая за распознавание угроз. Амигдала работает быстрее коры: она реагирует на сигнал раньше, чем рациональная часть мозга успевает его оценить.

Когда амигдала «решает», что угроза есть, она запускает каскад: гипоталамус активирует симпатическую нервную систему, надпочечники выбрасывают адреналин и кортизол. Сердце ускоряется, дыхание учащается, мышцы напрягаются, периферические сосуды сужаются — кровь перераспределяется к крупным мышцам. Это нормальная физиологическая реакция на реальную опасность. Проблема в том, что при паническом расстройстве она запускается без реальной опасности — и человек интерпретирует собственные телесные ощущения как признак катастрофы («инфаркт», «инсульт», «схожу с ума»). Эта интерпретация усиливает тревогу, тревога усиливает симптомы — круг замыкается.

Этот механизм описан в диагностических критериях DSM-5 (2013) и МКБ-11 как паническое расстройство (F41.0): повторяющиеся эпизоды интенсивного страха с вегетативными симптомами, не объяснимые другим медицинским состоянием.

Это ключевой вопрос. Амигдала не «ломается» сама по себе — она обучается. Несколько механизмов, которые запускают этот процесс.

Хронический стресс и истощение. При длительной перегрузке уровень кортизола в крови остаётся хронически повышенным. Это снижает порог чувствительности амигдалы: она начинает реагировать на более слабые сигналы, которые раньше не вызывали тревоги. Переговоры, которые год назад были рабочей рутиной, теперь воспринимаются как угроза. Исследования HPA-оси (гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой системы) показывают, что хронический стресс буквально перестраивает реактивность тревожных структур мозга.

Первый эпизод как «якорь». Часто первая паническая атака случается на фоне острого стресса, физического истощения, недосыпа или после употребления стимуляторов (кофеин, алкоголь в больших дозах, некоторые препараты). Мозг запоминает контекст: место, ощущения, ситуацию. При следующем попадании в похожий контекст амигдала «узнаёт» его как опасный и запускает реакцию превентивно.

Избегание как усилитель. После первой атаки большинство людей начинают избегать ситуаций, в которых она случилась. Это логично с точки зрения инстинкта, но контрпродуктивно с точки зрения нейробиологии: избегание подтверждает амигдале, что ситуация действительно опасна, и закрепляет паттерн. Именно поэтому без работы с избеганием панические атаки не проходят сами.

Не все панические атаки имеют психологический триггер. Ряд физиологических состояний создаёт условия, при которых мозг легче переходит в режим тревоги.

Гипервентиляция. При учащённом поверхностном дыхании (что само по себе бывает при стрессе) снижается уровень CO₂ в крови. Это вызывает головокружение, онемение конечностей, ощущение нереальности — симптомы, которые мозг может интерпретировать как начало катастрофы, что запускает полноценную атаку.

Недосып. Хроническое недосыпание повышает реактивность амигдалы и снижает способность префронтальной коры «тормозить» тревожные реакции. Руководители, которые системно спят по 5–6 часов, находятся в зоне повышенного риска.

Кофеин и стимуляторы. Кофеин блокирует аденозиновые рецепторы и повышает уровень адреналина. У людей с предрасположенностью к тревожным реакциям это может стать прямым триггером атаки — особенно при употреблении натощак или в сочетании с недосыпом.

Гормональные изменения. Изменения в работе щитовидной железы (гипертиреоз), надпочечников, а у женщин — колебания эстрогена в определённые фазы цикла или в период перименопаузы создают физиологический фон, на котором тревожные реакции усиливаются. Именно поэтому при первых панических атаках важно исключить соматические причины — и это делает врач, не психолог.

Физиология объясняет механизм, но не объясняет, почему у одного руководителя в условиях той же нагрузки атаки есть, а у другого — нет. Здесь работают психологические факторы.

Тревожная чувствительность. Это индивидуальная склонность интерпретировать телесные ощущения тревоги как опасные. Человек с высокой тревожной чувствительностью при учащённом сердцебиении думает «что-то не так с сердцем», а не «я взволнован». Этот когнитивный паттерн — один из ключевых предикторов панического расстройства, описанных в рамках КПТ-модели.

Контроль как стратегия. Среди предпринимателей и руководителей паническое расстройство непропорционально часто встречается у людей с высокой потребностью в контроле. Паническая атака — это ситуация, в которой тело «выходит из-под контроля». Это само по себе становится дополнительным источником страха и усиливает реакцию.

Накопленная тревога без выхода. Руководители часто не позволяют себе «показывать» тревогу — ни команде, ни партнёрам, ни близким. Хроническое подавление тревожных реакций не устраняет их физиологическую основу. Тело находит другой выход.

Одна паническая атака — не расстройство. Расстройство начинается тогда, когда человек начинает бояться следующей атаки и менять поведение, чтобы её избежать. Это называется антиципаторной тревогой — страхом страха.

Механизм закрепления выглядит так: первая атака → страх повторения → избегание ситуаций-триггеров → сужение поведенческого репертуара → нарастание фоновой тревоги → снижение порога следующей атаки → вторая атака подтверждает страх. Каждый новый эпизод укрепляет убеждение «это опасно» и расширяет список избегаемых ситуаций.

Именно поэтому паническое расстройство без лечения прогрессирует. По данным DSM-5, при отсутствии терапии у значительной части пациентов развивается агорафобия — избегание ситуаций, из которых «трудно выбраться» при атаке: транспорт, публичные места, переговоры, лифты. Для руководителя это означает постепенное сужение операционного радиуса — именно то, что произошло с клиентом из примера в начале статьи.

Подходит, если:

• У вас были один или несколько эпизодов интенсивного страха с телесными симптомами (сердцебиение, онемение, ощущение нереальности), и соматические причины исключены врачом.
• Вы начали избегать ситуаций, в которых случались атаки, и это влияет на работу или качество жизни.
• Вы хотите понять механизм и работать с ним структурно, а не просто «перетерпеть».
• Вы готовы к работе с поведенческими паттернами — избеганием, гипервентиляцией, интерпретацией телесных сигналов.

Не наш формат, если:

• Соматические причины не исключены — сначала к терапевту, кардиологу, эндокринологу.
• Атаки сопровождаются потерей сознания или судорогами — это требует неврологического обследования.
• Вы ищете медикаментозное лечение: это зона психиатра, не психолога и не коуча.
• Состояние настолько острое, что вы не можете функционировать — в этом случае первый шаг к психиатру, а не к нам.

Да, и это одна из причин, по которой они так пугают. «Без видимой причины» означает, что внешнего триггера нет — но внутренний есть всегда. Чаще всего это накопленный физиологический фон: хронический недосып, повышенный кортизол, фоновая тревога, которую человек не замечал. Амигдала реагирует на внутренние сигналы так же, как на внешние.

Да. Ночные атаки — отдельный феномен, они случаются в фазе медленного сна и не связаны со сновидениями. Механизм тот же: амигдала реагирует на физиологические изменения (учащение пульса, изменение дыхания во сне) и запускает тревожную реакцию. Ночные атаки особенно часто встречаются при хроническом стрессе и нарушениях сна. Подробнее — в материале «Панические атаки: причины и лечение».

Паническое расстройство хорошо поддаётся лечению. КПТ-протокол (когнитивно-поведенческая терапия) показывает высокую эффективность: по данным клинических исследований, значительное снижение частоты и интенсивности атак достигается за 8–15 сессий у большинства пациентов. Ключевое условие — работа с избеганием, а не только с симптомами.

Паническое расстройство — один из подтипов тревожных расстройств по МКБ-11 (F41). Тревожное расстройство — более широкая категория, включающая генерализованное тревожное расстройство (ГТР), социальную тревогу, специфические фобии. Паническое расстройство отличается именно эпизодическими пиковыми атаками с вегетативными симптомами, а не хроническим фоновым беспокойством. Нередко они сочетаются.

Три шага, которые работают физиологически: (1) замедлить выдох — выдох длиннее вдоха активирует парасимпатическую систему и снижает частоту сердечных сокращений; (2) не уходить из ситуации — избегание закрепляет страх; (3) напомнить себе, что атака физически безопасна и пройдёт через 5–20 минут. Это не «успокоиться», это конкретная нейробиологическая механика. Подробнее о причинах и подходах к работе — в материале «Паническая атака: причины».

Если в описанном вы узнали свою ситуацию — полезно начать с простого: оцените состояние через онлайн-тест ritlid на базе MBI. Пройти его можно за 3 минуты, развёрнутые результаты по трём шкалам придут на email. Для разговора с экспертом — диагностическая сессия «Точка опоры», 90 минут, без оплаты при заходе с сайта. Запись: кнопка «Записаться на консультацию» в футере или info@rittlid.ru.